Страдание
святого священномученика
Патрикия
и с ним трех пресвитеров:
Акакия, Менандра и Полиена

Епископский престол святого Патрикия находился в городе Пруссе в Вифинии[1]. Однажды он начал открыто обличать заблуждения язычников и проповедовать веру Христову; его проповедь обратила ко Христу многих язычников; за это он был взят язычниками вместе с тремя пресвитерами, — Акакием, Менандром и Полиеном — и приведен был на допрос к вифинийскому игемону Юлию, усерднейшему служителю идолов. Сей последний, отправляясь в это время к теплым источникам[2], повелел вести за собою и христианского епископа с его пресвитерами, заключенными в железные вериги. Прибыв на источники и омывшись в них, Юлий принес жертвы своему нечистому богу Асклипию[3] и гнусной богине Сотирии[4]. Затем, сев на судилищном месте и призвав святителя Патрикия с пресвитерами, Юлий сказал ему:

— Безумец, призывающий Христа и верящий пустым басням! Смотри, сколь велико всемогущество богов наших. Смотри, какую целебную силу этим источникам дали они на пользу нашу. И прежде всего уразумей, сколь велико могущество и сколь велика милость отца нашего Асклипия! Если хочешь избегнуть уз и мучений и спокойно жить в своем отечестве, то, падши, поклонись ему со смиренною мольбою и принеси ему жертву.

Святый же Патрикий отвечал ему на это:

— О, сколь много зла изрек ты в своей краткой речи, игемон!

Игемон же с гневом сказал ему:

— Что же преступного сказал я? В чем ты можешь меня обличить, окаянный! Ты и сам должен признать то, что очевидно само собою без всякого обмана и хитрости: разве ты не своими очами видишь исцеления, даруемые от теплых источников силою всемогущих богов наших?

Отвечал святый Патрикий:

— Пресветлый игемон! Если хочешь узнать истину о происхождении, истечении и целебной силе источника теплых вод сих, то я возвещу тебе обо всем этом, если соизволишь выслушать меня с кротостию.

Сказал на это игемон:

— Хотя и ничего другого я не думаю услышать от тебя, кроме басни, наполненной вымыслами, все таки говори, пусть услышу, что ты хочешь сказать.

Отвечал святый:

— Не вымысел, но истину я хочу сказать тебе.

Сказал игемон:

— Какой же иной источник силы теплых вод укажешь ты, кроме силы богов наших?

Святый ответствовал:

— Я — христианин, и всякий, кто исповедует сию святыню христианства и поклоняется единому Истинному Богу, разумом своим может познавать тайны Божии; потому и я, хотя и грешен, но, исповедуя себя рабом Христовым, знаю и могу тебе сказать истину относительно вод сих.

Сказал игемон:

— Неужели ты будешь столь дерзок и безрассуден, чтобы считать себя умнее философов наших?

Отвечал святый:

— Премудрость мира сего, буйство[5] у Бога есть, писано бо есть: запинай премудрым в коварстве их[6]. Христос Господь наш, прославляя Отца Своего, сказал: исповедаю Ти Ся, Отче, Господи Небесе и земли, яко утаил еси сия от премудрых и разумных и открыл еси та младенцем[7]. И Апостол говорит: не уразумели истины: аще бо быша разумели, не быша Господа славы распяли[8].

Сказал игемон святому:

— Ты говоришь неудобопонятное. Лучше скажи, по силе и устроению кого текут эти теплые целебные воды? Что касается до меня, то я приписываю это промышлению богов наших, восхотевших таким образом оказать помощь людям.

Отвечая на это, святитель Христов Патрикий сказал игемону:

— Прежде чем стану говорить, прикажи, игемон, снять ограду[9], дабы все могли слышать мои слова.

По повелению игемона, снята была ограда и народ наполнил всё то место вокруг. Затем святый начал громогласно говорить следующее:

— Огонь и воду создал из ничего Своим Единородным Сыном Тот же всемогущий и вечный Бог, Который есть Творец рода человеческого. Из огня Он словом Своим сотворил свет, солнце и прочие светила и назначил им светить днем и ночью: до той степени простерлась Его всемогущая сила, до какой было угодно Ему. Из воды образовал Он небесную твердь и на воде же утвердил землю. Промыслом Своим всепредусматривающим Он устроил на небе и на земле всё то, без чего нельзя жить человеку, которого также Он создал. Провидя же, что созданные Им люди прогневают Его, Бога Создателя своего, и оставив почитание Бога Истинного, создадут себе бездушных идолов и будут им поклоняться, — Он по причине этого уготовал два места, куда переселятся люди после своей земной жизни. Первое место Он просветил вечным светом и преисполнил обильными и несказанными благами, другое же наполнил беспросветною тьмою, неугасимым огнем и вечными муками; в светлое место переселятся те, которые, исполняя Его Заповеди, будут благоугождать Ему; в темное же место будут ввергнуты те, которые нечестивою своею жизнию прогневают Творца своего и тем заслужат себе наказание. И так те, которые будут поселены в месте светлом, будут жить жизнию бессмертною в непрестанной и бесконечной радости, а находящиеся в темном месте будут непрестанно мучиться бесконечные веки. Отделив же огонь от воды и свет от тьмы, Создатель каждое из них отдельно образовал, и определил каждое к своему месту. Огонь же и вода находятся как над твердью небесною, так и под землей; та вода, которая видима на земле, собранная во вместилища свои, называется морем[10], а та, которая находится под землею, именуется бездною; от этой бездны на пользу людям, живущим на земле, и вообще на пользу всему живущему посылаются воды в высоту сквозь земные недра, как бы посредством водопроводных труб; выходя на поверхность земли, они образуют или источники, или колодцы, или реки. Те из вод, которые в своем течении под землею, проходят около огня, вытекают на поверхность теплыми, а те, которые протекают далеко от огня, выходят на поверхность земли холодными. Потому-то и эти воды теплы, так как при своем течении они близко подходят к подземному огню; есть же в иных местах воды студенейшие, смерзающиеся в лед, так как находятся в далеком расстоянии от огня. Итак, подземный огонь назначен на мучение нечестивых душ; вода же преисподней, обратившаяся в лед, именуется тартаром[11], в котором боги ваши и те, кто им поклоняются, получат нескончаемую муку, как и из стихотворцев ваших один воспел, говоря: «пределы (конечные) земли и моря ничто иное, как только крайние пределы, где Иапет и Сатурн[12] (таковы имена сих богов ваших) не услаждаются ни блеском светлого солнца, ни прохладными ветрами»; другими словами: богов ваших, обитающих во тьме и в тартаре, не освещает и не согревает свет солнечный, а обитающих в огне не прохлаждает ветер. — Тартар же под землею помещен настолько глубже всех иных бездн, насколько небо выше всех высот земных. А что под землею уготован огонь для нечестивых, это подтверждают и кипящие источники, которые в Сицилии[13] выходят из-под земли[14].

Выслушав эти слова святого, игемон спросил его:

— Значит, Христос ваш есть Создатель всех тех вещей, о которых ты говорил?

Отвечал святый Патрикий:

— Воистину Христос, а не кто другой, есть Создатель всей твари; ибо написано: Вся Тем быша, и без Него ничтоже бысть, еже бысть[15]. И еще: Бози язык бесове суть: Господь же Небеса сотвори[16].

Игемон же снова спросил святого:

— Христа ли ты называешь Создателем Небес?

Ответствовал святый:

— Христа называю я Создателем всей твари, потому что написано: Яко узрю небеса, дела перст Твоих, луну и звезды, яже Ты основал еси[17].

Сказал игемон:

— А если я ввергну тебя в эти горячие воды, Создателем которых ты называешь Христа, а не богов наших, то сохранит ли тебя Христос невредимым от огня их?

Отвечал святый:

— Я знаю силу Христа моего; я знаю, что Он может сохранить меня целым и невредимым от вод сих, если пожелает: я же сам хотел бы при посредстве вод тех освободиться от временной жизни сей, дабы вечно жить со Христом; тем не менее да совершается надо мной не моя, а Его святая воля, без которой ни один волос не спадет с головы человеческой, без которой ни одна птица не попадет в сеть. Но пусть узнают все слушающие сейчас слова мои, что тех, которые с тобою покланяются бесчувственному камню, как богу, ожидает вечное мучение в подземном неугасимом огне и преисподнем тартаре.

Услышав это, игемон пришел в великий гнев и тотчас повелел святого, обнажив, ввергнуть в то самое место источника, откуда бьет кипящая вода. Святый же, будучи ввергаем, воззвал к Богу, говоря:

— Господи Иисусе Христе, помоги мне, рабу Твоему!

Когда святый был брошен в воду, то капли воды, брызнувшей из источника, были жгучее огненных искр и, достигши стоявших вокруг, причинили им сильные ожоги. А святый Патрикий пребывал невредимым в тех водах, как в прохладном месте, и, ликуя, восхвалял Христа Бога.

Видя это, мучители распалились еще большею яростию. Игемон повелел воинам вынуть святого из воды и секирою отрубить ему голову, вместе с тремя пресвитерами.

Приготовившись к усекновению, Христов мученик и исповедник воздел руки свои к Небу и сказал:

— Боже, Царь всего и Владыка, содержащий в Своей власти всю тварь видимую и невидимую, приклоняющий слух Твой ко всем, истинно призывающим Тебя, создавший и воды сии во спасение праведным и в наказание нечестивым! Предстань ныне мне, умирающему во свидетельство за исповедание веры Твоей!

Окончив молитву, святый преклонил для усекновения святую главу свою и скончался мученически. Усекновены были с ним и три его святых пресвитера: Акакий, Менандр и Полиен, и все вместе предстали Христу Богу в славе святых. Убиен же был святый Патрикий со служителями своими месяца мая в девятнадцатый день[18] и принял венец победных почестей от Христа Иисуса, Господа нашего, Которому подобает со Отцем и Святым Духом честь и слава ныне, и всегда, и во веки веков. Аминь.

Кондак, глас 4:
Яко светосиянен добротою священства, и мучения кровию преукрашен, с пострадавшими с тобою Патрикие, Христу предстоя, о нас поминай, яко страдалец честный.

 

%d такие блоггеры, как: